недвижимостьЦИАН - база объявлений о продаже и аренде недвижимостиhttps://www.cian.ru/help/about/rules-legal/Город

«Самый свободный среди российских городов»: прогулка по центру Екатеринбурга с музыкантом Михаилом Лузиным

1 239
«Самый свободный среди российских городов»: прогулка по центру Екатеринбурга с музыкантом Михаилом Лузиным
История об изменениях в городе и в головах у людей

Музыкант и путешественник Михаил Лузин родился и вырос в Екатеринбурге, на ЖБИ. В 2007-м уехал в Москву, потом подолгу жил в Петербурге, Одессе, Риге, объездил полмира с концертами и спустя 12 лет вернулся на родину. Теперь он считает, что для статуса «лучший город на планете» Екатеринбургу не хватает только моря и хорошей погоды, и привозит в туры по Уралу гостей из столиц, чтобы открыть для них «самый свободный российский город».

Жить с пониманием того, что это твой город

Я вернулся в Екатеринбург из Москвы чуть больше года назад. Это решение зрело долго, но в какой-то момент я осознал, что жизнь в Москве абсолютно дискомфортна. Выматывали бесконечные поездки в транспорте днем, ночью я не высыпался из-за постоянного шума, регулярно старался куда-нибудь уехать за город подышать свежим воздухом, а когда возвращался — опять попадал в «каменный мешок» плотной столичной застройки. Я тратил больше энергии, чем заряжался от города, и это даже не про деньги. Москва многое дает в материальном плане, на уровне опыта и связей, но взамен подчистую съедает физический и эмоциональный ресурс.

В течение 12 лет, что не жил в Екатеринбурге, я регулярно приезжал сюда с концертами и чтобы навестить родителей. И видел, как город меняется. Перелом в восприятии случился в 2016-м году, когда я вдруг осознал, что провожу время в основном в тех местах, которых не существовало еще лет пять назад. За время моего отсутствия здесь вырос, по сути, новый город в декорациях старого. Появились небоскребы, десятки ресторанов и кафе, современное благоустройство, Ельцин Центр, наконец. Да и сам дух города поменялся: он стал более свободным, творческим. Появилась Уральская ночь музыки, у которой почти нет аналогов в мире, на улицах — множество легального и нелегального стрит-арта. Причем даже самые смелые работы городом принимаются.

Екатеринбург в моем восприятии — такой российский Берлин, такой же свободный. Конечно, свободный по меркам России

Недавно прочитал новость: в рамках фестиваля «Стенограффия» близ Литературного квартала появился новый арт-объект — называется «Гордый фонарь». Это фонарь, который, в отличие от остальных стоящих рядом и склоненных над дорогой, стоит прямо. Авторы работы — художники из команды Spektr, и, что символично, помогали им в «выпрямлении» фонаря коммунальщики из муниципального «Горсвета». А на табличке рядом с фонарем написано: «Ровно столько, сколько существует человечество, находятся те, кто бросает вызов своему времени. Говорят свое „Да“ против миллионов „Нет“». 

Это же круто! Не могу себе представить такую работу и такую коллаборацию в Москве. Это в ту же копилку, что история со сквером у Драмтеатра — тоже про проявление свободы, про людей, которые сказали: «Мы здесь живем, и мы хотим принимать решения». Благодаря этой расслабленной и творческой атмосфере, музыкантам, уличным художникам Екатеринбург в моем восприятии — такой российский Берлин, такой же свободный. Конечно, свободный по меркам России. 

Конечно, люди за последние 10–15 лет здесь поменялись. Отчасти потому, что стали больше зарабатывать, да и город в целом стал богаче. Деньги — это важный фактор. По сравнению с Челябинском, Пермью и тем более малыми городами доходы у жителей Екатеринбурга намного выше. Соответственно, сформировалась сфера услуг, малый бизнес, появились потрясающие рестораны. Мой фаворит — Kitchen на 23-м этаже в комплексе Clever Park. Сидишь, смотришь на город с высоты птичьего полета, тебе приносят блюда уральской кухни на срезах уральских камней — и в этот момент понимаешь, что жизнь в Екатеринбурге удалась.

Вид на пруд — это роскошь: где еще в Екатеринбурге можно слышать под окнами не шум машин, а звуки проплывающего катера?

Кстати, высокая уральская кухня — это не миф, а вполне себе реальность. В ноябре мы обедали в этом ресторане с группой туристов из Москвы, среди которых была пара, которая объездила 80 стран мира. И казалось бы, их уже ничем не удивишь — люди в Перу ели национальное блюдо местных индейцев, жареную на вертеле морскую свинку и так далее. Так они мне из Kitchen в Москву заказывали копченое мясо из собственной коптильни этого ресторана, такое сильное было гастрономическое впечатление. 

И если своей свободой Екатеринбург напоминает мне Берлин, то гастрономией, современной застройкой и уровнем достатка — Таллин. Такой прекрасный городок со своим неповторимым духом, в котором есть и история, и жизнь. 

Дружба с Заремой из овощного ларька

Когда я вернулся в Екатеринбург, написал пост в «Фейсбуке», что ищу квартиру в центре. Через знакомых нашел отличный вариант прямо у метро «Динамо». Зашел внутрь и сразу понял: мое. Окна на Городской пруд и леопардовый диван, который решил все. Сам дом тоже интересный: мне потом главный гид по архитектуре Екатеринбурга Полина Иванова рассказала, что спроектировал его архитектор Владимир Шапошник. Вторая его известная постройка — главный корпус завода ОЦМ на Ленина, 8, там, где сейчас галерея «Главный проспект». Екатеринбург, как известно, это столица конструктивизма, а Шапошник — это отец уральского брутализма, интересного стиля со странными формами, необычными углами. Эталонный образец брутализма — микрорайон Барбикан в Лондоне. И если присмотреться, то мой дом вполне мог бы туда вписаться. Я вижу, что в это здание была вложена творческая мысль, и мне нравится, что второго такого в нашем городе нет. 

Вообще, вид на пруд — это роскошь: где еще в Екатеринбурге можно слышать под окнами не шум машин, а звуки проплывающего катера? И еще жизнь на берегах пруда здорово облегчила мне период самоизоляции: на протяжении всего карантина я бегал вокруг пруда каждый день. Теперь точно знаю, что его окружность по периметру составляет ровно 4 километра.

На другом берегу стоит Ельцин Центр, для которого я написал немало текстов за последний год, и до карантина бывал в нем чуть ли не каждый день. Впервые, кажется, я так ждал мою первую зиму в этой квартире, чтобы ходить на мероприятия Центра по льду. Напрямую дорога домой занимает пять минут, а в обход — целых 13. И это при том, что я знаю «секретный» путь под Макаровским мостом. Он появился там во время реконструкции сооружения: теперь перейти пруд можно без подъема на шумный мост. 

Я думаю, что пока меня здесь не было, центр города сместился в сторону пруда, и это важный сдвиг. Раньше центром считалась Площадь 1905 года, администрация, памятник Ленину — все как в обычном постсоветском областном городе. Правда, тогда и набережная была некрасивая: там, где сейчас Ельцин Центр, бегали стаи бездомных собак, а под Макаровским мостом жили бомжи. Сейчас все изменилось, контур Городского пруда замкнулся, и именно сюда люди приезжают «в центр» — чтобы гулять, ходить в красивые и приятные места, смотреть на воду или башни Екатеринбург-Сити, дышать свежим воздухом.

За год жизни здесь я полюбил свой район: познакомился с соседями, подружился с Заремой из овощного ларька в Красном переулке, теперь покупаю фрукты и овощи только у нее — в супермаркете они не такие вкусные, а тут и вкусно, и с душевным разговором. Мне кажется, в этом и есть смысл жизни на районе — обрастаешь горизонтальными связями.

Жизнь слишком ценна, чтобы тратить ее на плохие виды из окна

Мои родители до сих пор живут на ЖБИ, но я не думал искать себе квартиру в том районе. Вообще, ЖБИ — один из лучших спальных районов, и не только по меркам Екатеринбурга: там прекрасный парк Каменные палатки, озеро Шарташ, настоящий лес в пяти минутах от дома. Просто у меня развилась аллергия на панельные многоэтажки-коробки и унылые пейзажи. Вид из окна — одна из самых важных вещей в жизни человека, он нас определяет. Как писал Карл Маркс, «бытие определяет сознание»: что ты видишь перед собой, то тобой и становится. А жизнь слишком ценна, чтобы тратить ее на плохие виды.

Екатеринбург по своей архитектуре на Центральную Россию не похож, потому что опирается не на классицизм, а на авангард

Я очень много жил в разных городах и пришел к выводу: где бы ты ни бывал, нужно селиться в центре, чтоб почувствовать дух города. Панельные районы везде одинаковые, будь то Москва, Санкт-Петербург, Минск, Рига, Берлин. Они есть везде и ничем друг от друга не отличаются. Странно же переезжать в Петербург и селиться в Мурино в часе езды от центра — а ты точно в этот момент в Петербурге живешь? Петербург — это дворцы и Невский, а не «панельки». А Екатеринбург — это конструктивизм и Городской пруд. И мне нравится здесь жить с ощущением, что я будто бы наполовину местный, а наполовину — турист.

Екатеринбург + море = идеальный город

Я много путешествую и по России, и со временем я начал замечать архитектурные особенности разных городов. Например, Казань тяготеет по архитектуре к Санкт-Петербургу и Москве с их классическими формами XIX века. А Екатеринбург по своей архитектуре на Центральную Россию не похож, потому что опирается не на классицизм, а на авангард — и поэтому здесь так органично смотрятся небоскребы.

Я хочу поделиться своим видением истории города, чем он отличается от других. Когда в 20-х годах прошлого века уездный Екатеринбург переименовали в Свердловск, сделали столицей гигантской Уральской области и решили превратить в образцово-показательный город социалистического будущего, сюда не только со всей страны, а со всего мира съезжались лучшие ученые, архитекторы, проектировщики того времени. И здесь повсеместно строились здания в том же стиле (конструктивизм, баухаус, функционализм), что и в Берлине, Тель-Авиве, Москве, Будапеште тех лет: это и Городок Чекистов, и Уралмаш, и Второй дом Советов. То есть мы и тогда были на одной волне со всем миром, и сейчас продолжаем оставаться на одной волне — с высотным строительством и медиа-фасадами, пока остальная Россия воспроизводит XIX век.

Иногда я вместе с друзьями из туристического агентства привожу в Екатеринбург гостей из Москвы. Спрос на такие туры есть: в столицах у Екатеринбурга репутация модного города, очень либерального. У нас были протесты в сквере, у нас тут Ельцин Центр, у нас был мэром Евгений Ройзман, на которого москвичи просто молятся. Плюс есть мощный рок-н-ролльный бэкграунд: «Чайф», «Агата Кристи», «Наутилус Помпилиус», есть «Уральская ночь музыки», а рок-музыка, да и музыка в целом — это тоже про свободу.

Свобода — это очень важно. Она дарит смелость создавать что-то новое, что проявляется здесь и в архитектуре, и в творчестве. Екатеринбург — он очень сильно про свободу, про умение твердо стоять на своих ногах, делать и жить так, как мы сами хотим. Это и вызывает интерес и уважение к нам. Это и оправдывает нашу жизнь в таком суровом климате. 

Если предположить, что мне пришлось бы уехать из Екатеринбурга в любое другое место на Земле, я, наверное, выбрал бы Черногорию или Одессу. Там море и тепло — это единственное, чего мне не хватает в Екатеринбурге, в остальном наш город очень хорошо сбалансирован. На втором месте после Черногории был бы Берлин, на третьем — Стамбул. Для меня он — место силы: город, который одновременно существует в настоящем, прошлом и будущем, одновременно в Европе и Азии. Причем азиатская часть Стамбула гораздо более европейская, чем та, что через Босфор. И в этом есть определенная рифма с Екатеринбургом: находясь так же на границе континентов, но все же в Азии, наш город, скорее, европейский. И при этом очень современный.

Комментарии 0
Сейчас обсуждают
редакцияeditorial@cian.ru